Павел Грудинин: Для Кремля — я лишний в транзите власти

Устранение неугодного кандидата из партсписка КПРФ — политическая расправа

Есть путь, который позволит России быстро стать такой же сильной державой, как Китай

24 июля Центризбирком зарегистрировал федеральный список КПРФ на выборы в Госдуму — но без директора «Совхоза имени Ленина» Павла Грудинина, который шел в списке под третьим номером.

Основанием стала информация о владении долей в белизском офшоре. Грудинин заявил, что вышел из компании в 2017 году, а сама она была ликвидирована в 2018 году.

В эфире телеканала «Дождь» Грудинин сказал, что отказ в его регистрации был заранее запланирован. «Есть версия определенная… слишком авторитетна КПРФ. И люди, которые известны, их нельзя ставить в первую тройку (федерального списка), потому что это фактически такие „паровозы“. Понятное дело, кого-то это забеспокоило», — отметил он.

Мы пригласили Павла Николаевича в студию «Свободной Прессы», чтобы оценить политические последствия решения ЦИК.

— Знаете, я не могу вам объяснить причины решения ЦИК — они иррациональные, и здравым смыслом не продиктованы, — говорит Павел Грудинин. — Понятно, что никаких офшоров у меня с 2017 года не было. В ЦИК это прекрасно знают, у них все документы присутствуют.

Если же посмотреть на документы стороны обвинения, — на заседании ЦИК их показывали на большом экране, — видно, что нет ни подписей, ни печатей, ни записи регистратора. Ничего нет. То есть, это обыкновенные ксерокопии, которые может сделать любой школьник на компьютере.

Поэтому происходящее больше похоже на политическую расправу. А вот кому это нужно — это вопрос. Нам точно не нужно.

«СП»: — Хочу уточнить. В 2017 году, в ходе регистрации кандидатов в президенты от КПРФ, вы уже проходили все эти проверки — и ЦИК объявил, что претензий нет. Сейчас проверяют то же самое?

— Да.

«СП»: — Прямо один к одному?

— Фирма, название которой фигурировало в ответе Генпрокуратуры — это та же самая фирма. В 2017-м проправительственные каналы уже обсасывали тему офшоров — и потом [мы] доказали, что ничего нет. И Элла Памфилова за неделю до президентских выборов-2018 вышла и сказала: мы всё проверили, к Грудинину претензий нет.

И вот спустя три года с небольшим опять какие-то претензии возникли. Причем абсолютно смешные. Именно поэтому Геннадий Андреевич Зюганов на заседании 24 июля предложил: давайте зарегистрируйте, а потом будем разбираться.

Вы поймите, там получилось очень интересно. 14 июля некто Булаев такой, первый заместитель Эллы Памфиловой, посылает запрос в Генеральную прокуратуру. То есть, по логике, запрос должен появится там 15 июля.

15 июля, получается, Генпрокуратура должна запросить кого-то в Белизе — а там ночь, потому что пока у нас здесь день, у них там ночь. Ну, естественно, этот запрос мог дойти в лучшем случае в пятницу, 16 июля. В субботу, воскресенье — кто там им ответит?!

А потом ещё интересный эпизод на заседании ЦИК: выходит юрист, который предоставлен моей бывшей жене бизнесменом Полихатой, который пытается захватить «Совхоз имени Ленина» (Полихата действует по доверенности от экс-жены Павла Грудинина, — «СП») и говорит: мы ездили в Белиз!

Ну слушайте, он что там, где-то под пальмами кого-то нашёл, какие-то документы за деньги купил?! И при чем тут официальные источники?

На самом деле, скорее всего, если Генпрокуратура делала запрос — ответа она не получила, а просто по документам, которые были каким-то образом предоставлены непонятно кем, решили быстро избавиться от нежелательного конкурента.

«СП»: — Вы были третьим номером в федеральном списке — и теперь КПРФ осталась без третьего номера. Политические последствия этого какие?

— КПРФ не осталось без третьего номера. Просто было 15 человек в федеральном списке, ну, будет 14, какая разница.

«СП»: — Осталась без вашей фамилии…

— Без моей фамилии, да. Понимаете, я не думаю, что будут какие-то политические последствия. КПРФ же не партия одного человека, как ЛДПР или какие-нибудь другие партии. КПРФ — это серьезная политическая структура с идеологией, с огромным количеством сторонников, сетью по всей стране.

Не то, чтобы отряд не заметил потери бойца. Но если из армии один героически погибает, это не значит, что нужно все бросить и начинать рвать на себе волосы.

Коммунисты так же будут работать. Я стану доверенным лицом Геннадия Зюганова, если меня Верховный суд не восстановит в качестве кандидата — хотя для того, чтобы восстановить есть все основания. Но зная нашу систему, в том числе судебную, — мы за эти три года прошли больше тысячи судебных заседаний, — надежды есть, но они не такие радужные. Скорее всего Европейский суд по правам человека поставит потом точку в этом вопросе.

Ровно 10 лет назад я это уже проходил. В 2011 году журнал «Эксперт» опубликовал статью, разговор мой с журналистом, после которого меня сняли с выборов в Московскую областную Думу, потому что обвинили в экстремизме. Через 2,5 года я доказал, что никаких слов таких я не говорил, что на самом деле все искажено. Меня вроде как восстановили, я не стал экстремистом — но выборы-то уже прошли.

И ровно то же самое повторяется сейчас. Скорее всего когда-нибудь я докажу свою правоту, только будет уже поздно, выборы пройдут. Это такая некрасивая история.

«СП»: — По мнению аналитиков, иррациональность ситуации в том, что решение ЦИК власти никак не на пользу. Это решение работает на вашу узнаваемость, и работает против стратегии Кремля на сушку явки. Вы согласны с такой оценкой?

— Любой скандал привлекает внимание. Зачем было устраивать этот скандал — я не понимаю. Логики в этих действиях вообще нет.

Считаю одно — на политическом спектре нашей страны нет оппозиционных партий, кроме КПРФ — системных, я имею ввиду. Есть какие-то движения, какие-то объединения, но единственной политической силой, которая может высказать, что у нас есть стратегическая идеология, — вот у нас предприятие типа «Совхоза имени Ленина», или СПК «Звениговский», или агрокомплекса в Усолье-Сибирском. Всё это предприятия, которые Геннадий Андреевич называет народными — и мы на их примере можем показать, что на самом деле можно было бы сделать, если не выводить деньги за рубеж.

Скажу, кстати, интересную вещь, о ней просто не знают. Вот компания офшорная в Белизе, вокруг которой сыр-бор, не имела расчётного счёта. Есть такое понятие — номинальная компания, она создаётся только для того, чтобы учредить ещё одну компанию, в данном случае российскую.

Как раз эта российская компания была собственником акций «Совхоза имени Ленина». Но поскольку совхоз 26 лет как акционерное общество никогда не выплачивал дивиденды, поэтому и денег в российской компании не было. Нечего было перечислять в офшор — поэтому у офшора не было расчётного счёта.

Поэтому нынешние обвинения — это просто смешно.

Я всегда привожу в пример Советский Союз — там же было по-другому. Земля была государственной, и если у тебя землю изымали, для каких-то нужд, то тебе платили деньги за убытки, упущенную выгоду, потерю сельхозпроизводства. Поэтому, честно, всё давно придумано до нас. Другое дело, что нужно этим воспользоваться, а власти пользоваться этим не хотят.

«СП»: — Если бы в России соблюдался закон, было бы легче принудить власть прислушиваться к мнению людей?

— Первым, кто должен соблюдать закон — сама власть. А если она всё время сама нарушает закон, то, как она может требовать его соблюдения от других?

Знаете, есть избирательное право. По закону, фальсифицировать выборы нельзя. Но теперь вопрос — кто фальсифицирует выборы? Ну ясно, что не оппозиция, а те, кто наблюдает за избирательным процессом.

Я на заседании ЦИК обнаружил интересную вещь. Встаёт вначале госпожа Панфилова и говорит: вы знаете, такое безобразие, появились кандидаты-двойники.

Замечу, как правило двойники появляются у оппозиционных кандидатов, а не у кандидатов от партии власти. Кто-то каким-то образом за неделю меняет фамилию, имя, отчество — и регистрируется кандидатом. Извините, если бы власть захотела, она бы в два счета сделала так, чтобы никаких двойников бы не было.

Честно, вся эта система может быть порушена только одним — изменением парадигмы развития власти. Коммунисты именно это и предлагают.

«СП»: — Что вы будете делать в статусе доверенного лица, если до этого дойдет?

— Ответ короткий: всё что скажет партия.

Дело в том, что я рассуждаю как многие, наверное, здравомыслящие люди. Мы на грани — Россия на грани распада. Сейчас та же самая ситуация, которая была ровно 100 лет назад, когда нужно быстро что-то сделать, чтобы консолидировать людей.

Если вы помните, тогда точно также чиновники воровали, авторитета у власти не было никакого. И в этот момент вышли коммунистам — тогда назывались большевиками, — и сказали: есть такая партия, которая может это сделать.

Четыре коротких лозунга большевиков помните? Землю — крестьянам. Фабрики — рабочим. Вся власть — Советам. И мир обязательно должен быть.

И Ленин, именем которого назван наш совхоз, предложил другую социалистическую схему развития. Это воспринято было большинством людей, и после этого стали собираться обратно под эту идею республики, которые тогда разбежались. И собралась такая огромная в будущем, очень сильная держава -Советский Союз.

Вот сейчас идеология социалистическая есть, кризис власти однозначно наступил. Вы же видите, какое вокруг количество бедных, нищих людей, которые хотят работать, но не могут, которые не могут содержать семью — их огромное количество в России…

А вот в качестве примера Геннадий Андреевич приводит хозяйства такие как наше. Мы же дворцы и замки построили для детей, лучшую школу им построили. Помощь оказываем пенсионерам, поликлиника у нас классная — там все до последней иголки куплено совхозом.

Мы построили бассейн — таких бассейнов нет нигде, ну разве что у некоторых олигархов, — а в совхозе все желающие в этот бассейн хотят, без исключения. Наши парки детские — ну вы посмотрите, это лучшие парки в России! И они бесплатные! Зона отдыха, помощь пенсионерам, помощь многодетным!

Слушайте, у нас в совхозе нет ипотеки, у нас беспроцентные ссуды на 15 лет в рассрочку с возможность досрочного погашения — и наши люди не беспокоятся, что им нужно там с банком всё время разбираться.

Это будущее — хотя чтобы вы понимали, это на самом деле это прошлое. Я сам был в советское время молодым специалистом в совхозе. А моя семья, все Грудинины, проработали в совхозе в общей сложности больше 300 лет!

Ну покажите мне еще человека, который командует предприятием, в котором работали его бабушка, его отец с матерью, его сын, его сестра, его дяди и тёти!

Я такой «олигарх». Поэтому мы создали предприятие, которым не только можно гордиться, его можно показывать, как эталон. Я думаю, что сейчас наши проблемы из-за того, что правящая партия не может сделать хорошо, и потому решила уничтожить то, что сделано хорошо другими, чтобы сказать — смотрите, везде одинаково плохо.

«СП»: — Скажите, главный вывод, который вы делаете для себя из этого, уже третьего по счету сюжета, когда вы отказываетесь внезапно за бортом? Вторым я бы поставил историю с неполучением вакантных депутатских мандатов.

— Я не понимаю, это какая-то или паранойя, или паника. Власть ведет себя как-то странно — вместо диалога говорит, что мы, оппоненты, с дубиной придём. Может кто-то пытается избавиться от конкурента на будущее?

Сейчас есть такая фраза — транзит власти. Вот будет транзит власти, Грудинин в этом транзите совсем не нужен, зачем с ним спорить, давайте его заранее уберём. Залезть в голову тем людям, которые принимают решения в России нам с вами не удастся.

У них совершенно неправильное представление о стране и о том, каким путём ей нужно развиваться. Мы показываем этот путь — я имею в виду наше народное предприятие, — путь, который позволил бы России быстро стать такой же сильной державой, как Китай.

«СП»: — Вы считаете, это возможно?

— Слушайте, вы возьмите программу КПРФ и почитайте, там все написано. Если вы начнете делать, что там написано — уже через год уже другая ситуация будет.

А как вывести страну из кризиса, я вам так скажу: любой мой главный специалист знает, потому что мы точно знаем, как нужно работать, и что нужно делать для того, чтобы жить было хорошо. Приезжайте в совхоз, посмотрите.

«СП»: — Последний вопрос. Вы не думали, что для вас вот всё это закончится уголовным делом?

— У власти есть разные методы борьбы с оппозиционерами, в том числе и уголовные дела. Что они применят ко мне, не знаю, но Николай Николаевич Платошкин уже получил срок вообще ни за что, сейчас Николаю Бондаренко там шьют. Вы же в России живёте, от тюрьмы сильно не зарекайтесь, это понятно.

Власть может вести какие-то диалоги, разбираться. А может просто тупо посадить. Тем более, любой бизнесмен и человек, который занимается предпринимательством в России, заранее преступник. Вы не помните интервью президента: он сказал, что они все бизнесмены немножко мошенники.

Поэтому исходить если из этого, то у каждого чиновника в голове одно — этот парень должен мне денег, а если не даст, то мы его обвиним в чем-нибудь. Мы взяток не давали никогда, но был бы человек, а статья найдётся — это как раз про нашу страну. Ну что делать, будете мне сухари таскать. Я надеюсь.

«СП»: — Однозначно.

— Нет, я надеюсь, меня не посадят.

«СП»: — Будем надеяться на лучшее, и будем надеяться, что вы — яркий, харизматичный человек — принесёте пользу и России, и Компартии.

— Знаете, будем надеяться на то, что справедливость восторжествует и наша страна реально начнёт жить так, как она должна жить. Потому что это самая богатая страна, и люди у нас самые талантливые.

Знаете, что если наши российские граждане, русские, выезжают за рубеж, то за рубежом они становятся лучшей диаспорой. На уровне с другими нациями, наша нация самая успешная, потому что у нас действительно очень высокий потенциал — я имею ввиду генетику.

Нам нужно только дать возможность развиваться. А возможность дается путем экономических законов, которые принимаются Государственной Думой. И потому в Госдуме должны быть люди, которые понимают, куда двигаться России.

svpressa.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *