БОЛЬШОЙ РЕПОРТАЖ ХАКАСИЯ: НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Забежала в киоск «Билайна»,чтобы сменить тариф на телефоне – еду в Абакан. Мне нужно, чтобы был безлимит для межгорода, чтобы не подключать роуминг. – А Абакан – это Россия? – удивленно спросил продавец. Конечно, качество нынешнего образования желает лучшего,но парня можно простить. О Хакасии со столицей Абаканом мало кто слышал. До нынешней осени ее практически не было в федеральных новостях. Лишь изредка – коротенький репортаж о том, как Путин с Шойгу порыбачили в каких-то горных реках. Где текут те реки, рядового гражданина не интересовало. Но в сентябре информационное поле взорвалось: в четырех регионах России, одобренные Путиным губернаторы-единороссы не смогли набрать на выборах 50% голосов избирателей. В этом списке была и Хакасия. Там кандидат от КПРФ 9 сентября даже обошел действующего губернатора-единоросса.

    

И вот теперь мы, коммунисты из Омска, как и из многих других областей и краев России, едем в Абакан, чтобы помочь товарищам закрепить победу. Что бы там ни говорили многомудрые политтехнологи, люди – главный ресурс любых выборов. У «Единой России» есть административный ресурс, у КПРФ – солидарность и взаимная поддержка.

Земля, которую нельзя не любить

Два обкомовских «Соболя» ехали, по сути, в неизвестность. Старший «красного десанта» – помощник депутата Госдумы Иван Ивченко, единственный из команды, кто проходил обучение в ЦК КПРФ именно как политтехнолог. Остальные – добровольцы, те, кто смог высвободить время, ведь у каждого свои заботы – семья, работа…

В Хакасии дороги гораздо лучше, чем в Омской области. Да и столичный Абакан чище, ухоженней. Нет навязчивой рекламы, центр благоустроен, красивые новые дома… «Общественные пространства»,за которые у нас только берутся, здесь выглядят достаточно прилично. То есть внешняя сторона жизни, показной лоск наведен. Похоже на туристические, вполне по-европейски выглядящие кварталы в нищих азиатских и африканских странах. Оно и понятно. Вопиющая бедность не должна была оскорблять взгляд заезжих высокопоставленных «рыбаков». Да и «освоить» на дорожном и прочем строительстве можно немало. Но это – потом. А пока мы еще не знали, что нас ждет. Сразу же после Назарово куда-то исчезло и ненастье. В Хакасию въехали уже по темноте. Поднялись на перевал, и вдруг внизу – россыпь огней, словно чаша, полная догорающими углями – Шира. Последнюю перед Абаканом остановку делали на заправке в Черногорске. Вышли из машин – и ощутили, что зима осталась в горах. Здесь – пусть поздняя, но осень. Теплый воздух, ни клочка снега, зеленая трава, даже цветы на клумбе еще не убиты ночными морозами. О красоте Хакасии, о прекрасном климате защищенной от северных ветров Минусинской долины можно писать бесконечно. Там удивительная природа, чудесные пейзажи… Древняя и богатая земля, есть уголь, руды металлов, золото, в Хакасии расположены одна из крупнейших в России ГЭС, третий по мощности алюминиевый комбинат… и одновременно там – один из самых низких стране уровень жизни.

Немного фактов

За девять лет правления бывший глава республики Виктор Зимин превратил ее в банкрота.

Долг регионального бюджета – более 140% от суммы поступлений в этот самый бюджет за год.

Финансы находятся под внешним управлением – никакие траты невозможны без одобрения федерального Минфина. Счета многих районных муниципалитетов заморожены (были, — прим.ред.), бюджетникам не выдают зарплату. Держался Зимин за счет того, что его считали «близким другом»Путина и Шойгу, их «личным егерем». Человеком из «высших сфер», из «федеральной элиты», куда нет доступа простому смертному. И еще за счет того, что он буквально «вытоптал» все политическое поле. Среди местных политиков до последнего времени не было ни одного, кто решился бы всерьез конкурировать с ним. Потому Зимин не сомневался, что будет избран на следующий срок. По слухам, он заказал на 10 сентября самый роскошный банкетный зал Абакана, чтобы отпраздновать победу.

Валентина Коновалова бывший глава республики тоже не считал реальным соперником. До нынешнего апреля региональное отделение КПРФ возглавлял очень авторитетный, но уже немолодой Николай Федосеевич Бозыков. Коновалов был избран первым секретарем республиканского комитета только в этом году, поэтому «местные элиты» его практически не знали, не воспринимали серьезным политиком. Ведь у него не было ни поддержки от крупного бизнеса, ни личного капитала, ни знакомств «в верхах». Да и к КПРФ в целом было предвзятое отношение. Провластные СМИ так старательно формировали образ Компартии как сборища ностальгирующих по молодости старичков с редким вкраплением фриков и неудачников, что власти сами в это поверили. Но тут наступило лето 2018-го, лето пенсионной реформы, которая разорвала негласный «договор о стабильности» между «элитами» и населением. Сильнее всего реформа ударила по тем, кто до этого был главной опорой «Единой России»: бюджетникам (точнее – бюджетницам) среднего и старшего возраста. Именно для них, получающих в Хакасии от силы 12–15 тысяч рублей в месяц, осознание того, что им позже начнут платить пенсию, оказалось наиболее болезненным.

Власть предала людей – и те перестали считать себя чем-то ей обязанными. КПРФ возглавила протестное движение. Валентин Коновалов выступал на митингах, рассказывал людям об экономической программе партии, реализация которой делает ненужной эту самую пенсионную реформу.

И неожиданно для власти буквально за несколько месяцев стал реальным лидером протеста. Лидером всех тех, кого достала эта власть.

Достал разрыв между очень низким уровнем жизни населения и роскошью, которой окружал себя и своих «высоких гостей» «путинский егерь». Мелких и средних бизнесменов достали поборы со стороны чиновников. Достало то, что все бюджетные контракты заключаются лишь с несколькими приближенными фирмами, так что «неприближенным» приходится бежать из республики. Достало открытое барство «региональной элиты». Достала нищета народа… И люди поверили Коновалову. Люди решили: «Хуже не будет».

9 сентября кандидат от КПРФ получил почти 45 % голосов избирателей, на 12 с лишним процентов обогнав Зимина.

Красный десант

Но победу нужно было закрепить. Потому что после 9 сентября против КПРФ в Хакасии стали бороться всерьез. Начались «технологические игры». Сначала Коновалова попытались снять с регистрации по требованию прокуратуры. Не удалось. Стали тянуть время, чтобы успеть переубедить население. Одновременно была развернута мощнейшая пропагандистская кампания против кандидата от КПРФ.

Практически все хакасские группы в социальных сетях хором стали повторять единороссовскую ложь: их администраторам заплатили столько, сколько они никогда не видели.

По негласным оценкам политтехнологов, Зимин и стоящие за ним олигархи, вроде владельца Саяногорского алюминиевого комбината Олега Дерипаски, потратили за два месяца «многосерийных» выборов порядка 400 миллионов рублей. Для сравнения: для того чтобы разблокировать в октябре счета муниципалитетов в районах Хакасии и выплатить зарплату сельским бюджетникам, на тот момент врио главы республики Михаилу Развожаеву потребовалось лишь в два раза больше – 800 миллионов. Но самое подлое то, что часть денег на кампанию против Коновалова шла из нищего бюджета республики…

В распоряжении КПРФ оставались один информационный сайт, свои группы в соцсетях, газета «Правда Хакасии», выходящая тиражом всего 1,5 тысячи экземпляров, и «поле» – так технологи называют непосредственную работу с людьми.

И тогда в Хакасию начали стягиваться «красные десанты» из других регионов. Сначала – молодые политики и политтехнологи, вроде члена Госсовета Татарстана Артема Прокофьева. У каждого за плечами – не одна и не две избирательные кампании. Затем – команды агитаторов. Добровольцы из доброго десятка регионов.

Омскую группу разделили. Трое коммунистов – Бронислав Дроздович, Игорь Прыгун и Александр Гребенев уехали в Орджоникидзевский район, в поселок Копьево. Четверо – Владимир Виниченко, Александр Матюшков, Виктор Петров и Артем Коновалов – в Шира. Иван Ивченко, Виталий Кудринский, Алексей Москвин, Евгений Иванов и я остались в Абакане. Ивана сразу же назначили начальником городского избирательного штаба, отдав под его начало всех агитаторов Абакана – как местных, так и из других городов. В их задачу входило распространение агитационных газет и листовок и подготовка встреч с приехавшими поддержать Валентина Коновалова политиками федерального уровня.

За одну неделю в Абакане побывали руководитель аппарата фракции КПРФ в Госдуме, председатель Всероссийского женского союза «Надежда России» Нина Останина, депутаты Госдумы Валерий Рашкин, Юрий Афонин и Денис Парфенов, известный публицист и правозащитник, представитель «Левого фронта» Максим Шевченко, один из самых ярких сегодня молодых региональных политиков-коммунистов, депутат Саратовской облдумы Николай Бондаренко…

Снять помещения под встречи оказалось чрезвычайно трудно. Опасающиеся властей владельцы конференц-залов или отказывали, или заламывали несусветные цены. Поэтому гости выступали на импровизированных мини-митингах во дворах и скверах. А приглашали жителей Абакана на эти встречи как раз омские агитаторы.

Постепенно людям становилось понятно, что «отсутствие связей в Москве» – это не про Коновалова. Ради кого еще депутаты Госдумы приедут на забытую богом и начальством окраину и будут говорить с людьми на детской площадке, рядом с разваливающимися качельками?

Много было поездок у московских гостей и по районам, в том числе – по Ширинскому и Орджоникидзевскому. И там, и там директора местных ДК не дали согласия на проведение встреч.

В Шира Нина Останина слушала собравшихся жителей поселка у входа в клуб, двери в который сторожила начальница этого «очага культуры». Стояли на пронизывающем ветру и говорили о том, как живется женщинам в сегодняшней России, как обстоят дела в местной школе, какие есть перспективы. Много было вопросов про пенсионную реформу. В Копьево официального разрешения на проведение встречи тоже не дали, но Бронислав Дроздович к тому времени успел очаровать местных работников культуры, и те сделали вид, что не заметили, что кто-то «зашел погреться в фойе».

«Откуда приехали?»

В Шира был наш омский «Соболь» с яркой надписью на борту: «Время действовать вместе с КПРФ!». Сложность работы команды Владимира Виниченко состояла еще в том, что по итогам голосования 9 сентября был снят с должности первый секретарь местного отделения партии.

Это – единственный район республики, где Зимин в первом туре набрал более 60% голосов, а Коновалов – менее 30. До рескома дошла информация, что местный секретарь КПРФ просто «слил» выборы, позволив сотрудникам администрации сфальсифицировать результаты. В итоге в районе к приезду нашей агитбригады не было партийной организации вообще. Были лишь два телефона местных беспартийных активистов – и все.

Первое, что сделал Владимир Виниченко, это встретился с ними, и… они вместе поехали в горы. Через полчаса на виду у всего поселка на склоне сопки развевался красный флаг.

– Там давно такого не видели,– рассказывает Владимир Виниченко. – Люди поняли, что можно не бояться, можно ходить по поселку в красных куртках с логотипом КПРФ. У людей пропадал страх перед местными «баями».

За неделю в Ширинском районе наши агитаторы сумели найти больше десяти человек, готовых работать наблюдателями – и работать честно. И, конечно, объехали все населенные пункты.

Только газеты «Правда» разнесли более 11 тысяч экземпляров.

– Было сложно, было много противодействия от районных властей, много незаконной агитации наемников «Народного главы». Но люди на улицах относились к нам очень доброжелательно, спрашивали: «Откуда приехали?» – вспоминает Владимир Виниченко.

По мнению Владимира Алексеевича, Ширинский район во многом похож на его Черлакский – так же много мелких поселений, те же проблемы у людей: безработица, рассыпающиеся остатки советской еще коммуналки, «оптимизация» образования и здравоохранения, абсолютное безразличие властей… И там, и там люди просто выживают. Поэтому темы для разговоров находились всегда.

А в Копьево омские агитаторы начали знакомство с районом с…местного краеведческого музея.

Заказали платную экскурсию, но потом так разговорились с сотрудницей музея, что она отказалась брать с них деньги. Подкупил искренний интерес омичей – здесь к такому вниманию гостей не очень привыкли. Естественно, говорили и про пенсионную реформу, и про будущего главу республики Коновалова. Музей обещал голосовать за коммуниста…

И таких встреч и разговоров каждый день у агитаторов были десятки, если не сотни. Технологиям наемников власти наши агитаторы противопоставляют умение просто говорить с людьми.

Говорить о том, что важно для сельчан, о простых и понятных вещах. И еще – убежденность в правоте своего дела.

И как итог: в Ширинском районе Коновалов получил 69,34% голосов избирателей – лучший результат по республике! В Орджоникидзевском чуть меньше – 60,71%, но все равно выше среднего и намного выше, чем в первом туре выборов.

Миллионы рублей, потраченных противниками Коновалова, просто уходили в песок из-за того, что провластные политтехнологи не смогли найти исполнителей. Хотя оно и понятно. Те, кто умеет думать, те, у кого осталась совесть, понимали, что «Народный глава» – это очень грязная история. Люди вообще начали задумываться и переставали бояться.

В день голосования я работала в участковой комиссии, к которой было приписано несколько больниц. Ездила с переносной урной. В больницах голосуют не только пациенты, но и медперсонал.

В одном из отделений услышала забавный разговор между медсестрами. Одна, по виду занимающая какую-то руководящую должность, торопила свою коллегу:

– Ну-ка, неси быстрее паспорт! Ты же помнишь, как заведующая говорила: надо обязательно голосовать, и голосовать против!

– А я паспорт забыла…

– Так вчера же говорили: обязательно принести!

– А я дома не ночевала…

– И где тебя носило? У тебя же муж!

– Ну… это… секрет…

Для женщины, получающей от силы 15 тысяч рублей, загнанной, замученной жизнью, не выполнить прямое указание начальства – уже поступок. Пусть лучше посудачат за спиной о том, где она

ночует, но ее голоса «против» не будет…

И таких маленьких поступков в эти дни в Хакасии было много. Люди преодолевали страх перед всевластными «баями», которые владели республикой последние годы. Не зря группа общественников, сложившаяся во время выборов, взяла себе название «Я не боюсь!».

А ведь бояться было чего. За несколько дней до выборов сгорел дом внефракционного депутата Верховного Совета республики Олега Иванова. После митинга в честь годовщины Великого Октября на расходившихся коммунистов накинулись сотрудники ОМОНа и Росгвардии.

Причина – нелепое обвинение в экстремизме одного из секретарей местных отделений КПРФ и

такое же нелепое обвинение в нападении на журналистку телеканала, работающего на структуры Дерипаски.

И все же массированная пропаганда начинала действовать. За неделю до выборов Иван Ивченко провел уличный опрос. Более 50% тех, с кем он заговаривал, отвечали, что будут голосовать

против Коновалова. Для штаба это стало тревожным звоночком.

Уверенности не было до самого последнего момента подсчета голосов.

Боялись и того, что власть попробует повторить «приморский сценарий»: спровоцировав грубые нарушения, признать результаты недействительными. Но – не решилась.

Видимо, генералы не решились перейти какую-то черту, за которой – откровенный криминал.

И все же без поддержки жителей республики никакой победы не было бы. Собственно говоря, то, что произошло в Хакасии, это победа людей, которые решились открыто выступить против надоевшей всем власти. Которые поняли, что они не управляемый «электорат», а граждане страны.

Хакасия доказала, что привычные рассуждения о «бесполезности» выборов («все равно власть сделает так, как хочет») – ложь.

Народ может диктовать свою волю власти. Все политтехнологии перестают работать, когда люди начинают думать.

Евгения ЛИФАНТЬЕВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *