Никто, кроме большевиков

Любой, кто знаком с историей России начала ХХ века, не может не видеть аналогии между событиями столетней давности и нашим временем. Как и тогда, Россия находится на переломе. Тогда тоже мечтали о Великой России. Почему же в 1917 году для романовской империи всё закончилось крахом?

В экономической области Россия, хотя и достигла на рубеже веков определённых успехов, но явно уступала ведущим державам. Лишь одно свидетельство. В 1914 году Совет съездов представителей промышленности и торговли признал: «Только в годы высоких урожаев и высоких цен на нефть… страна обеспечена торговым балансом в нашу пользу, что при наличии громадной заграничной задолженности является условием устойчивости денежного обращения». Не правда ли, знакомо?

О социальных последствиях политики реформатора-неудачника Столыпина свидетельствует, в частности, крах переселенческой политики. Знает ли об этом нынешняя власть, поманившая народ «дальневосточным гектаром», но не позаботившаяся о создании необходимой инфраструктуры?

Что касается внутренней политики, то можно сказать, что Николай II и всё его окружение, вся властная элита были главными творцами революции. Во всяком случае, они ничего не предприняли для предотвращения социального взрыва. Напротив, упорно шли к нему. Их ничему не научила авантюра Русско-японской войны. Они не извлекли необходимых уроков из революционных событий 1905—1907 годов. Лишь только угроза отодвинулась, они постарались забрать назад вынужденные уступки, весьма скромные, и постарались жить так, как будто ничего не было и, главное, ничего и не будет.

Дума последних двух созывов превратилась в резиновую печать. Следствием этого стал абсентеизм — безразличие к выборам и к политике в целом. Это — тревожный сигнал, свидетельствующий об углублении пропасти между властью и обществом. Такие же сигналы получает и нынешняя власть, но старается их не замечать.

Огромную роль в нарастании кризиса сыграла правящая бюрократия, всевластная, бессовестная и корыстная. Коррупция пронизывала все государственные структуры. Моральная деградация верхов, бесконечные скандалы в правящей элите, в церкви и в самом царском семействе. Гигантская пропасть между богатыми и бедными, национальный гнёт — всё это создавало базу для революционного взрыва.

Видя беспомощность самодержавия, крупный капитал рвался к власти. Большие деньги всегда требуют власти.

Конечно, в России были люди, способные внести новую струю, осуществить модернизацию, в которой так нуждалась страна. Таким перспективным политиком и экономистом был С. Витте. Объективная оценка Витте была дана выдающимися историками-марксистами. Среди них всем нам хорошо известный академик П. Волобуев. Но в том-то и дело, что царь не мог выдержать присутствия в своём окружении сильной и талантливой личности.

Неизбежный взрыв предсказывали политики разных направлений — от либералов до монархистов, не говоря уж о большевиках. Но царь хотел править, ничего не меняя, а это было уже невозможно.

Война до крайности обострила все противоречия, и в феврале 1917 года произошло падение совершенно прогнившего режима. Февраль дал исторический шанс всем политическим силам в России. Но никто, кроме большевиков, не смог дать адекватных ответов на запросы времени. В 1917 году победила марксистская теория, блестяще воплощённая в практику.

Елена КОСТРИКОВА,

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *